Для кого-то восьмое марта – это просто повод подарить букет цветов любимому человеку. Для кого-то – возможность напомнить о себе путем рассылки одинаковых смс всем особам женского пола в записной книжке телефона. Для меня эта дата стала отличным днем для личного поздравления и посещения школьных учителей.

В этом году компанию мне составил мой одноклассник Саша Моисеев – вместе мы съездили сначала к нашей классной руководительнице Наталье Михайловне Ротковой, а потом – к учительнице русского и литературы Валентине Гавриловне Чернышевой.

Приятно было с обеими пообщаться. Послушать, что происходит у них, какие изменения случились в школе. Вспомнить какие-то моменты из нашей учебной и около учебной жизни.

Они просили рассказать о наших одноклассниках, кто женился, кто уехал.

Но для них главное, наверное, — наше внимание. Они его особенно ценят, оно им особенно приятно.

Когда утром я договаривался с Валентиной Гавриловной о встрече, то она сказала, что у нее могут быть в это время гости. На это я ответил, что много времени мы не займем, а поздравить лично очень хочется. Она согласилась. И, подходя к ее двери (к нам еще присоединилась к этому моменту сестра Санька), я гадал, доведется ли мне сегодня встретить ее внучку, в которую в свое время был влюблен.

Да, тогда подобное мне не было чуждо. Ниже будет история – подтверждение того, что я даже был способен на любовь с первого взгляда. А еще того, что когда-то я был весьма любознательным и стеснительным.

У Валентины Гавриловны к нашему приходу в гостях был сын с женой и дочкой. После многолетнего перерыва я снова увидел Дашу.

Даша младше меня на пять лет, мы учились в одном лицее. А познакомились (точнее, я ее впервые увидел), когда наш класс (тогда, кажется, десятый) был приставлен к их классу (пятому, соответственно) в качестве наставников в подготовке какого-то школьного развлекательного мероприятия. В этом наставничестве я участия не принимал, но так как младшим свойственно постоянно болтаться вокруг старших, на каждой перемене к нам в класс приходили все пятиклашки, имеющие хоть какое-то отношение к действу, и у меня была возможность их всех лицезреть.

Мое отношение к Даше прошло недлинный и весьма недолгий путь от глубокой неприязни (она любила рисоваться, что тогда меня раздражало) до большого интереса. Но интерес этот внешне проявлялся только в форме частых сарказмов в ее адрес, потому что, как и большинство других стеснительных подростков, я был недостаточно смел и мудр для искреннего проявления настоящих чувств.

Зато внутренне этот интерес подталкивал меня к сбору любой возможной информации о Даше и всем, что с ней связано. Возможностей, благо, тогда для этого было немало.

Валентина Гавриловна (ее бабушка) – была одной из моих любимых учительниц, мы много общались. Иногда что-то удавалось узнать от нее.

Иногда я ненавязчиво спрашивал о ней у общих знакомых.  Иногда – у других учителей.

Из классного журнала я узнал ее номер телефона, где она живет, чем занимаются ее родители (раньше в журналах на одной из последних страниц была указана вся эта информация, так что это было несложно, но немного волнительно, потому что сначала надо было заполучить их журнал, потом найти нужные данные и при этом не быть никем замеченным, так как отвечать ни на какие вопросы не хотелось).

Кстати, так как ее папа был связан с рынком наружной рекламы, я изучил наружку от и до — сейчас не могу объяснить зачем. В сухом остатке – это единственное, что у меня осталось от той истории (не считая разного рода сентиментальностей).

Наверное, внутренне я жаждал Дашиного общества, поэтому использовал любую возможность пройти или проехать мимо дома, где она жила. Во время летних каникул я, катаясь на велосипеде, обязательно прокладывал маршрут мимо ее окон, иногда я прогуливался с собакой в такую даль (от моего дома она жила совсем не близко). Иногда я даже уговаривал своих друзей проложить маршрут наших пеших прогулок по городу через ее двор (разумеется, под любыми другими благовидными предлогами, кроме как встреча с Дашей).

Сейчас мне это кажется забавным, а тогда это была большая цель, сильные эмоции, надежда на то, что сегодня я ее обязательно встречу.

Иногда и вправду встречал. Нечасто. Разумеется, делал вид, что оказался здесь случайно. Разумеется, я был не мил, а саркастичен. Если шел не один – вообще делал вид, что ее почти не замечаю.

Да, кстати, в школе я тоже нередко «случайно» оказывался около кабинета, где у них были занятия.

Потом я стал взрослее и чуть мудрее, мое поведение изменилось. Я наладил отношения с некоторыми ребятами из ее класса, что позволило появляться мне там чаще и на сколько-нибудь понятных окружающим основаниях. Перестал придираться к Даше, а стал просто ее «не замечать». Влюбленность постепенно прошла, остался интерес.

За всю жизнь мы ни разу с Дашей даже нормально не поговорили. Немного жаль.

Тогда, наверное, было о чем. Сегодня я весь вечер размышляю о том, что бы обсудил с ней сейчас, на какие темы при встрече можно было побеседовать, и не могу придумать ни одной, интересной обоим.

Первые годы после выпуска я продолжал держать Дашу в поле зрения, но все меньше и меньше. На какое-то время ее вообще из виду потерял.

А вот сегодня ее встретил и вспомнил эту историю.