Не самое интересное произведение Стогова, хотя выдержано в общей стилистике и весьма неплохо читается.
Конспект.
Вы замечали, сколько людей в метро разгадывают кроссворды? Вернее, с какими истеричными лицами они это делают?
Одно время я даже думал, что что-то пропустил и теперь за полностью разгаданные кроссворды можно получить кучу денег. Выяснилось, что не в деньгах дело. Пассажирам-эрудитам просто неохота смотреть вокруг. Замечать других людей. Впускать их внутрь гудящей головы.
Все более или менее приличные русские писатели всегда жили за границей. Те же, у кого денег уехать из России не хватало, писали исключительно о том, как блевотворно все, что их окружает. За что и те, и другие были признаны великими гражданами своей страны.
Я вернулся в вагон и стал смотреть на станцию через окно. Станция сразу стала казаться более симпатичной.
То, что приезжих на улицах грабят милицейские чины столь высокого ранга, было странно. В моей стране майор милиции — это большое звание. По рангу ему положено грабить не меньше, чем целый вещевой рынок за раз.
В городе вдоль дороги стояли здоровенные рекламные щиты. Все до единого рекламировали лицо местного президента. Президент со старичками, президент с детишками, президент читает толстую книжку…
Россия, конечно, страна рабов, но такого количества президентских рож я не видел даже в России.
Часов на стойке в кафе не было. На руках у посетителей часов не было тоже. Зато на стене висел календарь. Я рассмотрел его повнимательнее и понял, что оказался в той части света, в которой меньше всего хотел бы оказаться.
Такие незначительные детали, как дни недели или месяца, календарь игнорировал. На большом листе бумаги было указано: 2000 год является годом змеи, 2001 — годом лошади и так далее…
Пиалы с теплой водкой мелькали в его ловких пальцах. А я пил минералку и нюхал дым горящей помойки. Плохо не пить в чужом городе. Алкоголь — очень выгодное вложение денег. Ты покупаешь кружку пива, а она гарантированно сжирает 1/72 часть твоих суток.
Как я понял, главным условием выживания в Азии является отсутствие у вас такой штуки, как жизненное пространство… способность улыбаться во время поездки в переполненном автобусе, когда на вас навалились сразу несколько человек и некуда деться от запаха чужих жарких тел.
По поводу каждого встречного здания Абдула-Умар рассказывал мне историю, вроде того, что проектировщика этого медресе живым замуровали в фундамент здания, а архитектора вот той мечети сбросили с минарета на мостовую. Я сделал вывод, что строительные специальности в этих краях не очень выгодны.
Южно-Сахалинск — город из серии «Уважаемые пассажиры, мы приземляемся, пожалуйста, пристегните ремни и переведите часы на пятнадцать лет назад».
Разумеется, мне хотелось все это сфотографировать. Приезжая в незнакомые края, люди давно не смотрят вокруг, кроме как в объектив.
Вокруг орали красноносые сопливые дети. Любящие отцы говорили первенцам: «Саня! Хули ты орешь? Поджопник захотел?» Трудно поверить, но из таких вот детей и вырастают огромные сибирские мужики.
Я думал о том, что современное мне общество продвинулось настолько, что каждый его член может вообще никогда в жизни не встречаться с остальными членами.
Почему нет?
Вот, например, я. Я журналист… вернее, был журналист, до того как уехал из дома… и, скорее всего, буду, когда вернусь… на жизнь я зарабатываю оптовой продажей слов.
Из этих слов я, не выходя из дому, могу налепить абзацев и отослать их редактору по электронной почте. А редактор переведет мне заработанные бабки на credit-card. По ночам, когда улицы пусты и нет прохожих, я могу ходить в 24-часовой универсам через дорогу. Чувствовать себя оторванным от жизни мне не даст телевизор.
Эрго: единственным живым человеческим лицом, которое увижу я в своей жизни, будет лицо продавщицы.
Впрочем, продавщица — это не совсем человек.
Вместо того, чтобы заводить жену, можно заплатить $8 проституции. Ерунда, что барышня лицом похожа на лошадь и на ногах не стоит от героина. Зато, кроме $8, она ничего от вас не попросит. Вообще ничего! А если захочется еще и тепла, можно завести себе попугайчика.
Вроде бы именно этого ты и хотел. Но в ту минуту, когда ты наконец остаешься один, ты понимаешь, что не в состоянии вынести одиночество. Просто человек так устроен: ему плохо быть одному.
И через всю Азию ты возвращаешься туда, откуда недавно мечтал уехать.
Совершаешь множество странных поступков — лишь бы быть с теми, кого ты меньше всего хотел бы видеть рядом с собой.
Любовь сибиряков к алкоголю понятна. Им предстояло прожить жизнь в месте, не приспособленном для жизни. Как именно нужно жить, сибирякам никто не объяснил… единственная внятная инструкция читалась на этикетке пива «Балтика»